Утро. Прочитай это до того, как начнёшь что-то решать.
Ради чего всё это.
Большую часть жизни я потратил на то, чтобы вырастить в себе тревогу, апатию и одиночество: по пять тысяч часов ушло в доту и в порно. Поэтому громкий и внятный голос, люди, которым со мной хорошо, и человек рядом — это не то, чего можно просто захотеть. Это работа. Посильная, но каждый день.
Час записи на камеру — это такая же гора, как три подхода на улице. Соседи слышат? Значит, это и есть подход. Записал час — засчитай себе три подхода, в тот же счёт.
Из похода, сентябрь. Два состояния
Запомни это состояние: когда говоришь кому-то что-то, а он отворачивается, или переспрашивает, или вообще не слышит, напрягаясь, что ты промяукал, бля. Запомни это ощущение одиночества из похода при том, что вокруг люди, которые к тебе добры по идее.
И пойми: если ты сделаешь выбор в пользу того, чтобы сдаться, то ты делаешь выбор в пользу этого состояния по всей жизни.
А теперь вспомни ощущение, когда тебя слушают, за тобой идёт женщина, и к тебе тянутся люди, и тебе есть с кем разделить этот вечер — в пользу этого ты делаешь выбор, когда держишь себя. И в пользу силы кайфа по жизни и счастья настоящего.
Если тебе недостаточно доказательств, как оно глубоко тебя заразило и ты сгнил — просто почаще оказывайся в компании людей, и всё станет понятно.
Две дороги. Мне 26, через десять лет мне будет 36
У меня своя семья: дом, в который хочется возвращаться, и человек, который меня ждёт.
Я в той же студии, с тем же долгом, и сверху набрал ещё.
Мне спокойно по умолчанию. Тревога приходит редко и ненадолго.
Я один, и это уже привычно, даже не больно. Вот это самое страшное.
Меня слышно и меня слушают. За мной идут люди, и меня любят.
Голос всё тот же. Тревога стала фоном, потому что я кормил её каждый вечер.
Я занимаюсь делом, в котором я на своём месте. Деньги свои, долг закрыт, и за тело не стыдно.
Ещё пять тысяч часов ушло в экран. Тело то же, работа та же.
Цели достигнуты, и каждая из них — это просто много вечеров подряд, которые я вложил в себя.
Всё по-прежнему отложено на «когда-нибудь».
Ты окунулся в ледяную реку, и тебе похер на все обстоятельства, и ты просто кайфуешь от жизни. Окунёшься в мир знакомств на улице — ты просто перестанешь полностью бояться всего остального и просто начнёшь кайфовать от общения с людьми (и заодно наверняка найдёшь жену (но не сразу)).
Каждый день я выбираю одно из двух
Тревога
Подойти на улице и услышать «нет».
Тревога уходит насовсем.
Поехать к шлюхе.
Отпустит на один вечер, а потом накроет ещё сильнее.
Одиночество
Три подхода за день.
Живой разговор с живым человеком, и сегодня я уже не один.
Приложение, буст, мэтч.
Дофамин получил, а встречи нет. Вечер всё равно проходит в одиночестве.
Тело
Тренировка и нормальная еда.
Через год у меня тело, за которое не стыдно.
Шоколадки и энергетики по вечерам.
Через год всё то же тело и та же усталость.
Голос
Десять минут упражнений каждое утро.
Через полгода меня слышно без напряжения, и переспрашивать перестают.
«Меня и так поймут».
Через полгода переспрашивают точно так же.
Ролики
Час записи дома, и пусть соседи слышат.
Это три подхода. Через месяц камера перестаёт пугать.
«Сниму, когда будет студия».
Студии так и не будет, и роликов тоже.
Силы на всё это
Лечь вовремя, а вместо ленты — книга.
Завтра есть силы и на голос, и на подход, и на работу.
Ещё часик в телефоне.
Завтра нет сил ни на что, а вечером снова красная зона.
Гора и пригорок
Цифры над вершинами — уровень страха по шкале от 1 до 10.
Гора — это не сама тревога. Гора вырастает из каждого обхода: когда я прохожу мимо и ничего не делаю, мозг запоминает «было опасно, и мы спаслись», и на следующий день гора становится ещё выше.
А каждый подход снимает с неё слой. Мозг верит только опыту, никакие уговоры на него не действуют. После сотни подходов от горы остаётся пригорок, через который просто перешагиваешь, даже не задумываясь, страшно тебе или нет.
Первый раз тебе было сложно даже сложить, сука, вещи в сумку просто. На второй раз ты собрал всё за 20 минут. Первые разы тебе наверно сложно было спускаться с горы — в последний день ты шёл без палок почти всю дорогу и кайфовал. Тебе ещё нужны доказательства????
Сколько стоит один вечер
Подойти к девушке или порно
Двадцать секунд ужаса, а потом тебе просто ответили. Гора стала на слой ниже, потому что мозг записал: «выжил». Завтра будет легче. А через год этот вечер окажется одним из 365, из которых и складывается ×38.
Тревога отпускает на десять минут, а потом возвращается сильнее. Гора стала на слой выше. Завтра подойти будет тяжелее, чем было бы сегодня, а стыд станет топливом для следующего срыва. Под 555% годовых один такой вечер через год обойдётся мне в шесть с половиной вечеров.
Книга и сон или ютуб
На следующий день всё даётся легче: упражнения сделаны, подход сделан, и работа не выжала меня досуха.
Ещё час в экране — это минус час сна. На следующий день нет сил ни на голос, ни на подход, а вечером снова красная зона. Один вечер в долг обычно уносит за собой два дня.
Голод
Все лишения — это мотивация на то, что тебе действительно нужно. Потратишь её на всякую хуйню — не останется на то, что действительно тебе нужно.
Видишь симпатичную девушку, и тебя начинает ломать — знай, что в этот момент у тебя есть силы на то, чтобы делать свою жизнь. Не спускай это в унитаз, иначе ты копил её зря.
Тебя должно ломать, ты должен быть голоден, ведь только голодные двигают этот мир. Сытые всякой хуйней просто существуют.
Схема
- ПодходыСхема: в день до 3 отказов или первого согласия. 100 подходов, итог 31 декабря.
- ГолосУ тебя нет выбора: Школа речи, 4-й Ростовский пер., 2, стр. 2. В первую очередь го на курс пения, потом уже на танцы, но голос нужно первым закрыть.
- ВидикиЗаклодить 1–2 направления, которые хорошо стреляют, про нейросети и которые моим требованиям удовлетворяют: дедлайн 30 мин поковырять/заресёрчить, 30 мин короткий сценарий на минуту, 30–60 мин запись, и дальше автоматический монтаж 2–3 варианта и выбираю лучший. По одному направлению минимум 3 недели, чтобы погрузиться. Насчёт количества видео подумать, но можно 3–4 в неделю по вечерам/выходным. Час записи = три подхода, в тот же счёт.
Что честно, а что нет
Хотеть тело Аполлона к завтрашнему утру — нечестно. Хотеть за неделю стать душой компании — тоже нечестно.
Честным бывает только счёт: сколько вечеров я вложил в себя, а сколько взял в долг. Результат складывается из этого счёта, а не из того, насколько сильно я хочу.
Челлендж даст тебе то, что ты хочешь, в течение года — но не трёх дней, и не недели, и не месяца. Но через месяц ты станешь совершенно другим, и именно это убьёт в тебе тревогу, а не поход к шлюхе — тот её только усилит.
На самом деле эти 6 дней нужны, чтобы показать, какой ты был до. Какой ты будешь после 100 подходов — увидим и сделаем итог 31 декабря, и посмотрим на себя. Поверь, ты себя не узнаешь.
Если полная апатия
Честно тебе говорю, вот прям честно-причестно: если у тебя полная апатия, ты думаешь, что никогда ничего не добьёшься и никого не найдёшь, и тебе не хочется абсолютно ни с кем общаться — ты просто заебался. Научись определять это чувство: это ты именно заебался, и всё.
Всё просто — просто ложись спать. То, что ты поедешь к шлюхе, подрочишь, покуришь или побухаешь — перенесёт это на завтра. А если ты просто ляжешь спать — утром проснёшься живым человеком с целью всё поменять, пробежишь 5 км, сходишь в душ и разъебёшь этот мир.
Путь тяжёлый. Он и не должен быть лёгким.
Он окупится, и я в этом не сомневаюсь, потому что сомнение — единственное, что меня останавливает.
Дёшево я уже пробовал и знаю, чем это кончается — в тот же вечер.
Я помню, ради чего. Сегодня я вкладываю.
Красная зона: вечер, усталость, я один и телефон в руке. Заметил, назвал вслух — и ноги в руки, туда, где люди. Или спать.